Версия для печати

Благоухающая завязь

Общим местом проповедей, посвященных Благовещению, стала метафора: этот праздник  благоуханная почка, из которой потом развернется вся перспектива нашего спасения, и Рождество, и Пасха. В этом году с его упорствующей зимой Благовещение как-то особенно ждалось. Оно пришло в хмурый, холодный день, но все же не посрамило наших ожиданий: привело за собой солнце, тепло, ручьи и весенние надежды. Да и могло ли быть иначе? У Девы Марии слово не разошлось с делом, обещание («Се, раба Господня») не разминулось со свершением, покорность  с решимостью. На то Она и Матерь Божия. А природа  зеркало, которое влюбленно отражает Ее лик.


Очень обнадеживают слова одного из канонов, посвященных Богородице: Она «Наша, Земнородная». В них наше упование на это высокое родство, на то, что мы могли бы быть, как Она.


И действительно: сколько дивных завязей, благих возможностей, драгоценных почек, из которых могла бы выйти на свет святость, рассеяно по нашей жизни! В лучшем случае, на свет из них проклевываются уж совсем чахлые листочки, и это в лучшем случае. Ведь в отличие от жизненной практики Богоматери, у нас между обещанием и свершением огромная дистанция, уходящая в никуда.


Таким святым обещанием, увы, то и дело не реализующимся, являются наши дети. Сегодня, вслед празднику, мне хочется пересказать вам один... даже не случай, а эпизод, впечатление.


Рядом с моим домом торговый центр. Там на видном месте (рядом ювелирная витрина, элитные сумки и прочее) повешена кружка для сборов, а над ней детская фотография. Меняются фотографии, меняются подписи: «Спасем всем миром Сашеньку...», «Поможем Юле...» (и диагноз). Это сейчас распространено, и хорошо, что распространено, хотя, говорят, и злоупотребления, и обманы лепятся к благому делу.

Однажды вижу: маленький ребенок стоит перед этой кружкой, смотрит на фото (родители отвлеклись на что-то поблизости). Он сосредоточен, и, как говорил один несчастный герой Достоевского, «целый процессик в его головке совершается», в этом нет сомнения. И вот он исподтишка начинает махать ручкой мальчику на фото, то ли приветствуя, то ли поддерживая, то ли прощаясь (родители подошли).

Это не просто трогательно, это значимо: ребенок на фото стал ему свой, пусть на минуту. Ведь мы же все к этому призваны. Неужели же из этой завязи не раскроется что-то ценное, человечное, всем необходимое? Неужели такая силища, как «мир, и все, что в мире», помешает этому ростку пробиться наружу?


И к кому же нам обращаться с мольбой, чтобы все ростки окрепли и все вокруг нас оделось в цвета надежды?


Но мы знаем, к Кому.

 

У Девы Марии слово не разошлось с делом, обещание («Се, раба Господня») не разминулось со свершением, покорность с решимостью. На то Она и Матерь Божия. А природа – зеркало, которое влюбленно отражает Ее лик.
Елена Степанян-Румянцева

Елена Владимировна Степанян — доцент кафедры литературы Московского государственного института культуры. Член Международного общества Достоевского. Член ПЕН-центра. Читает лекции по истории зарубежной литературы. В сфере её научных интересов — творчество Достоевского, и проблемы взаимодействия словесности и изобразительного искусства.